Grace of Time

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Grace of Time » Подробнее о персонажах » Эаринтар


Эаринтар

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Основные данные:
     1. Имя: Эаринтар (возможно прочтение Эринтар)
     2. Дата рождения: 2Е 533, 24 месяца Первого Зерна
     3. Знак: Лорд
     4. Раса: альтмер
     5. Социальный статус: воин Аури-эля воин, член рыцарского ордена.
    6. К каким организациям принадлежит: орден Милость Времени.
Внешний вид:
     1. Рост: 196 см.
     2. Цвет кожи/шкуры: желтый, довольно яркий оттенок.
     3. Цвет волос/перьев: желтовато-кремовый, на несколько оттенков светлее кожи. Из-за этого бровей и ресниц почти не видно.
     4. Цвет глаз: желто-зеленый (в зависимости от освещения могут казаться просто желтыми).
     5. Особые приметы: на все тело нанесены золотистые татуировки, выполненные блестящими чернилами на пару тонов светлее цвета кожи. Подвижные и выразительные уши. Лопоухость. Крайне серьезное и озабоченное выражение лица большую часть времени.
     6. Изображение:

Изображение

http://s005.radikal.ru/i209/1404/40/39904c81091d.jpg

Биографические данные:
     1. Место рождения: Ауридон, Фестхолд.
     2. Семья: отец (имя пока отсутствует, так как позже эту роль займет игрок), мать, приемный брат-аргонианин (Аурилекс).
     3. Детство:
Эаринтар родился весной 531 года. Через пару месяцев его мать, ослабленная родами, тяжело заболела, а отец, куда больше увлеченный наукой, чем женой, не обратил на это никакого внимания, пока не стало слишком поздно.
На детях гениев природа отдыхает. Исключением не стал и Эаринтар. Все те научные труды, что пытался вложить в его голову отец, мальчишка с трудом зазубривал, но большую их часть не понял и по сей день. Не получилось из него ни великого мага, ни талантливого художника, никого, кем бы мог гордиться его отец. И тот постепенно терял интерес к своему не талантливому сыну, все чаще оставлял его на наемных учителей, отправляясь в поездки.
Рину было двенадцать лет, когда отец вернулся из экспедиции в Чернотопье, привезя с собой яйцо. Сперва любопытный альтмерский ребенок отнесся к свежевылупившемуся аргонианину как к забавной зверушке, с интересом играл с ним, следил за тем, как Аурилекс растет. Но шли годы, отец, и так уделявший не слишком-то много внимания своему недостаточно талантливому сыну, окончательно переключился на приемыша. Тогда из милой ящерки Лекс превратился в соперника. И ревность к родителю даже не думала утихать, несмотря на уверения отца, что дело лишь в эксперименте, исследовании того, насколько возможно младшим расам привить альтмерскую культуру при правильном воспитании.
В попытках добиться расположения отца, Эаринтар и сам старался освоить хоть что-нибудь из ценимых альтмерами навыков, найти какой-нибудь талант, но тщетно. Да, сносно освоил зачарование, выучил пару не слишком сложных заклятий школы Разрушения, научился играть на лютне так, что это можно было слушать. Но ничего выдающегося. Ничего, что заслужило бы одобрения.
     4. Дальнейшая жизнь:
В ранние годы связался с плохой компанией, сочувствующей изоляционистам и расистам. Точнее, дружил-то он с ними и раньше, и был привязан куда больше, чем к семье. Даже свою татуировку Рин сделал тогда, чтобы показать свою верность их чисто альтмерской компании, хотя сейчас он и утверждает, что все эти сложные золотые узоры несут лишь религиозный характер. Вполне возможно, что сочувствием дело бы не закончилось, и зависть и ненависть к приемному брату вместе с желанием угодить друзьям чуть не привели к вступлению в ряды Сокрытого Наследия (Veiled Heritance), но юный эльф вовремя был отослан отцом для обучения воинскому искусству. До конца это его не образумило, но как-то не до того было, когда после тренировок хочется только рухнуть куда-нибудь и отлежаться, предварительно сползав в купальню. Да и в мультирасовом обществе Гильдии Бойцов нацистские взгляды ничто особо не подпитывало.
По возвращению домой Эаринтар остался помогать отцу. В основном это заключалось в присутствии во время опасных экспериментов, сопровождении в дороге самого отца, его друзей и коллег или доставка материалов исследования... будто Рин был ему не сын, а какой-то наемный охранник. Юноша с нетерпением ждал, когда уже отец исполнит данное несколько лет назад обещание и устроит в армию под командования "того-самого-друга-молодости-о-котором-я-тебе-рассказывал". Но раньше, чем это случилось, Эаринтару встретилась группа меров в черных мантиях. Их было около десятка, а с Рином, не успевшим засветло дойти до города, шел только Аурилекс. Исход столкновения был предрешен.
Еще в клетке, в которой Культ Червя держал тех, кто был приготовлен для жертвоприношения, эльф по большей части забыл ненависть, которую питал к "брату", а после смерти, в Хладной Гавани, тот и вовсе был единственным родным существом. За годы (хотя Эаринтар до конца и не уверен, что прошли именно годы, дни слишком походили один на другой) заключения, холода и страха воспоминания о прошлом, проведенном в солнечном и теплом Саммерсете померкли, стали казаться нереальным сном, а что-то и стерлось из памяти. Но ощущения чего-то знакомого, из прошлой жизни Рину хватило, чтобы во время побега из Хладной Гавани держаться рядом с ящером.
Потребовалось немало времени, прежде чем солнце перестало казаться слишком ярким и горячим, а побледневшая кожа вновь приобрела золотистый оттенок. Воспоминания тоже возвращались постепенно. Первое время приходилось побираться и браться за любую работу, забыв про альтмерскую гордость, чтобы не умереть с голоду, ночевать на улице. Но потом удалось что-то скопить, купить одежду поприличнее, даже обзавестись оружием, вспомнить старые навыки, с помощью которых можно было заработать куда больше, чем грузчиком в порту Мистраля или уборщиком в местной таверне. Позже, скопив денег, они перебрались на Ауридон. Все равно после нападения маормеров на этом маленьком островке, Кенарти Руст, делать было практически нечего, слишком много местных предпочли убраться оттуда.
Так Эаринтар и Аурилекс вели жизнь наемников до тех пор, пока не увидели Темный Якорь. Они как раз получили плату за выполнение очередного задания и хотели отдохнуть, но любопытство взяло верх и они подошли взглянуть поближе. А в итоге встретились с членами ордена Милость Времени, сражавшимися с даэдра. Как после всего того, что случилось с ними в Обливионе, эти двое могли не заинтересоваться? И какой же правильно воспитанный альтмер не чтит Аури-эля?
Когда в Фестхол вторглись даэдра, Эаринтар пришел туда вместе с другими членами ордена, чтобы помочь мирным жителям, защитить их. Он хотел стать героем, найти славу и признание, а вместо того обрел воспоминания. Даже в полуразрушенных зданиях, заваленных обломками улицах и сожженных деревьях он узнавал образы из призрачных воспоминаний о той жизни, что была у него до Хладной Гавани. До конца сражения он продержался, даже был почти спокоен, а потом, когда никто больше не видел, рыдал у брата на плече. Когда-то Рин ненавидел и отчий дом, и сам город, мечтая перебраться в Скайвотч, а то и на другой остров, но по сравнению с настоящим прошлое казалось прекрасным. А теперь возможность вернуться и зажить, как раньше, была потеряна.
     5. Значимые личности: отец, приемный брат Аурилекс, бывшие друзья (здесь может быть ваше имя), наставник в ордене, рыцарь (здесь может быть ваше имя).
Личность:
Рин - упертый эльф, порой до невыносимости, хотя кто-то и предпочитает звать это целеустремленностью. Даже зная, что не прав, будет стоять на своем, не желая признать поражение. Единственное исключение - когда Эаринтар спорит для того, чтобы его переубедили, потратили на него свое время, усилия. Жаден до внимания окружающих, как правило безуспешно пытается стать центром вселенной для ближних. Ревнует всех, кого только может - друзей, родных, даже врагов ревновал бы, вот только ими сперва обзавестись надо. Прикладывает все усилия, чтобы быть лучшим для них, соответствовать ожиданиям, сыскать одобрение. Искренне расстраивается, когда это не удается.
После Хладной Гавани Эаринтар стал больше ценить то, что имеет - и то, что потерял. Он не желает другим той же судьбы и как может, старается защитить их. Но за этой самоотверженной заботой об окружающих скрывается страх самому вновь попасть к Молаг Балу - или потерять так Лекса. Такой своеобразный способ доказать себе, что теперь он достаточно силен, чтобы защитить других и, следовательно, себя, а, значит, бояться больше нечего.
Эаринтар не слишком-то сентиментален и старается казаться более черствым, чем есть, предпочитая оставлять свои эмоции для общения в узком кругу тех, к кому он привязан. Думает, что так он выглядит морально сильнее, да и защищеннее себя чувствует. Ему легче восхититься вслух объектом или явлением, чем определенной личностью.
     1. Положительные качества: целеустремленность, готовность защищать других и заботиться о них, сдержанность, честность (порой излишняя), верность тем, к кому действительно привязан.
     2. Отрицательные качества: упертость, любовь к спорам, ревнивость, эмоциональная холодность, обычная альтмерская самовлюбленность, косноязычие, болезненная гордость, жажда внимания.
     3. Страхи: вновь оказаться в Хладной Гавани, лишиться немногих оставшихся связей с прошлым, одиночество, общественное порицание.
     4. Зависимости: тепло - после Хладной Гавани периодически чувствует холод даже в теплых землях Доминиона Альдмери и испытывает потребность согреться. Похвала, положительная оценка со стороны близких.
     5. Привычки: когда ничем не занят, часто начинает стряхивать с себя воображаемую пыль, поправлять одежду. Испытывая обиду, смущение или неловкость, замолкает надолго. С неальтмерами общается высокомерно, считая, что желтая кожа, острые уши и рост под два метра делают его лучше всех тех, кто лишен этих признаков. Может даже использовать свою расовую принадлежность как аргумент в споре.
     6. Что любит: внимание, ощущение собственной значимости, себя, слушать музыку, записывать происходящее (в привычку пока не вошло, хотя альтмер и пытается это исправить), молочные продукты как составную часть сложных блюд, ежегодные праздники в Скайвотче.
     7. Что не любит: тех, кому легко удается то, в чем Эаринтар не преуспел (особенно касается магии, науки, искусства), задирающих нос представителей других рас, лгать, более чем на пару недель оставаться в дикой местности (еще не решил для себя, считать ли таковой босмерские "города"). Не то чтобы не любит, но с подозрением относится к королеве Эйренн, так неожиданно вернувшейся и проведшей большую часть жизни за пределами Саммерсета.

+1

2

Предисловие

Приведенный ниже текст содержит осмысление Эаринтаром своего отношения к приемному брату на протяжении жизни и несет себе информацию в первую очередь об эмоциональном состоянии. Новых фактов биографии по сравнению с анкетой нет.

Когда Аурилекс только появился в нашем доме, я не считал его братом. Да что там, я даже разумного существа в этом забавном, покрытом чешуей младенце не видел. Только забавное домашнее животное, привезенное отцом из дальних странствий. Он передвигался ползком, совсем как ящерица, совершенно по-звериному порыкивал и пытался ловить светлячков в нашем саду.
Потом Лекс научился ходить и говорить. Хотя урчит он до сих пор чуть ли не чаще, чем произносит что-то более осмысленное. Но лучше бы эта слишком быстро зазнавшаяся рептилия пореже открывала рот.
Вскоре он стал — а, может, всегда был? — любимцем отца. И понял это. Еще бы: все внимание, все подарки, вообще все доставалось ему. Он даже получил мою комнату, а мне взамен досталась другая, куда меньше, куда проще обставленная. Конечно, отец говорил, что дело в возрасте, ведь Лекси еще маленький, а я уже взрослый. Но я знал — причина не в этом. Я не получал и половины того, что он давал своему приемышу. Как же я возненавидел Аурилекса тогда! Не раз и не два я задумывался о том, смогу ли свернуть шею этой стремительно растущей ящерице.
Мои друзья говорили мне, что я прав, что нельзя ставить аргонианина на одну планку с альтмером, а то и выше его, что младшие расы должны знать свое место. Ну... в те моменты, когда не подшучивали надо мной из-за сложившейся ситуации. Это было обидно, но они понимали меня лучше, чем моя семья. И потому я искал их компании.

А потом отец отослал меня учиться воинскому искусству, раз уж магия мне так и не далась. Это потребовал больше усилий, чем могло бы, начни я в детстве, а не тогда, когда мое тело полностью сформировалось, так что времени думать о всякой ерунде у меня не было. Всякой ерундой в тот момент было все, что не касалось тренировок, отдыха после них, а, чуть позже, и заданий. Пожалуй, я был счастлив тогда. Никаких лишних раздумий, переживаний. Путь прям и ясен, надо лишь бездумно шагать по нему.
Пожалуй, я продолжил так делать и тогда, когда отец призвал меня домой. Ему нужен был не сын, а исполнитель для его поручений. Что ж, по крайней мере, я был хоть как-то ему нужен. За годы моя обида успела померкнуть, но не исчезла совсем. Мы даже в каком-то смысле стали ближе с Лексом, пусть и не совсем по моей воле.
Несколько раз мы путешествовали вместе. Ничего сложного и захватывающего. «Отнеси то, забери это, посиди подожди, пока мой коллега-маг проведет необходимые измерения и напишет о результате». И в тот раз ничто не предвещало беду, пока нас не окружили фигуры в темных балахонах. То был Культ Червя. Десятеро против нас двоих, вдали от города. Разве были у нас шансы спастись?
Перед смертью я дрожа жался к нему в поисках утешения, а он гладил меня по спине. Наверное, я тогда впервые за десятилетие понял, что зря ненавижу его. Но было слишком поздно. Не прошло и суток, как мы отправились под нож. Нас не стало.

В Хладной Гавани мы почти не виделись. Мои воспоминания о тех временах слишком смутные. И это хорошо. Они липкие и холодные, как слизень, ползущий вдоль позвоночника. Но я могу с уверенностью сказать, что ничего родного, дарящего ложное чувство защищенности не было рядом со мной. До того дня, как мы сбежали вместе со многими другими. До сих пор удивляюсь, как мы нашли друг друга в этой толпе бледных, изможденных оборванцев.
В Тамриэль мы вернулись вместе. Моя память тогда была похожа на осколки стекла: разрозненные, прежде, чем сложишь вместе, порежешься, а восстановить как было все равно не получится, останутся стыки, трещины. И Аурилекс тогда стал для меня путеводным светом. Не помня деталей, я любил его просто за то, что он красной нитью проходит по моему прошлому. Со временем я смог сложить головоломку, я стал видеть свое прошлое куда отчетливее. И все же, хоть я и вспомнил былую ненависть, но не вернулся к ней. Мне хватило разумности, чтобы осознать свою ошибку и отринуть ее.

Я никогда не интересовался его жизнью раньше, так что не знаю, выучился ли он кузнечному ремеслу ранее или действительно взялся за молот только теперь, когда мы покинули Хладную Гавань, желая защитить меня, выковав лучшие доспехи. Но его стремление так трогательно, что каждый раз, одевая броню, я чувствую смесь стыда за то, как относился к нему ранее, с теплотой благодарности. И понимаю, что тоже сделаю для него все, чтобы защитить. Так, как умею.
Я не могу потерять еще и Лекса. Только не его. Пусть мы никогда не были — и теперь не стали — образцовыми братьями, он слишком дорог мне.

0

3

Список отыгрышей, в которых участвовал персонаж
Форумные
          ● Такие разные.. и будут вместе?
          ● Так правильно.
Внутрииигровые
          ● Операция по спасению

0


Вы здесь » Grace of Time » Подробнее о персонажах » Эаринтар


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC